Skip to Content

Характер обменно-эндокринных нарушений у женщин при естественной и хирургической менопаузе

ID: 2015-04-257-A-4521
Оригинальная статья (свободная структура)
ГБОУ ВПО Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского Минздрава РФ кафедра акушерства и гинекологии ФПК И ППС

Резюме

В данном исследовании изучались особенности обменно-эндокринных нарушений у женщин с хирургической и естественной менопаузой. Приведенные лабораторные данные свидетельствуют о том, что основные показатели липидного, углеводного и жирового обмена у обследуемых имеют достоверные отличия между собой в зависимости от характера наступления менопаузы.

Ключевые слова

менопауза, дислипидемия, хирургическая и естественная менопауза.

Статья

В настоящее время не вызывает сомнений, что к числу наиболее грозных последствий дефицита эстрогенов относятся поздневременные обменно-эндокринные нарушения [1]. Результаты многолетнего Фремингемского исследования показали, что вклад гипоэстрогении различного генеза в вероятность возникновения ишемической болезни сердца (ИБС), инфаркта и инсульта составляют 25-43 % [2]. Женщины, с преждевременным истощением яичников, хирургической менопаузой после овариэктомии, имеют повышенный риск ИБС, по сравнению с женщинами в естественной менопаузе [3,4,5]. Исход менопаузы, как хирургической, так и естественной, в настоящий момент активно дискутируется. Процесс старения – это кульминация репродуктивной системы женщины. Относительная или абсолютная эстрогенная недостаточность характеризуется повышением массы тела и центральным (висцеральным) ожирением. Дефицит эстрогенов и увеличение возраста приводят к изменению массы тела и, следовательно, вызывают повышенный риск развития метаболического синдрома, который в ряде случаев может привести к сердечно-сосудистым заболеваниям (ССЗ) и сахарному диабету [6]. Эпидемиологические исследования показывают, что менопауза сопровождается повышением уровня триглицеридов и липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), в то время как повышение артериального давления и веса во время менопаузы менее выражены, и кажется, что они отражают возрастные изменения [7]. Остается малоизученной роль гормонов жировой ткани – лептина и адипонектина, хотя считается [8], что уровень лептина постепенно увеличивается с одномоментным снижением адипонектина. К тому же, в настоящий момент изучаются, влияния белков острой фазы воспаления, например, СРБ и плазменного фактора гемостаза - фибриногена, как факторов риска развития ССЗ. Более того в ряде случаев их повышение связывают с ожирением и менопаузой [9]. Учитывая факторы риска развития кардиоваскулярных и метаболических нарушений в условии, как индуцированной, так и естественной менопаузы, появилась необходимость более тщательного изучения данного вопроса.

Цель исследования: изучение и сравнение характера обменно-эндокринных нарушений у женщин с хирургической и естественной менопаузой.

Материалы и методы: проводилось проспективное исследование, в которое было включено 200 женщин в возрасте от 45 до 65 лет. Данные пациенты обратились на прием с жалобами, характерными для климактерического синдрома. Климактерический синдром включал в себя: нейровегетативные и психоэмоциональные симптомы, обменно-эндокринные нарушения. Критериями включения в исследование были- пациентки с одинаковой длительностью менопаузы. Критериями исключения из проводимого исследования стали следующие заболевания: онкологические заболевания любой локализации, кровотечения из половых путей неясного генеза, экстрагенитальная патология тяжелой степени.

Все пациентки нами были разделены на две группы: 1-ая группа состояла из 100 пациенток с хирургической менопаузой, в возрасте 51 [45;60] года, 2- ая группа из 100 пациенток с естественной менопаузой, в возрасте 58,5 [55;65] лет (р> 0,005). Длительность менопаузы у женщин в первой группе составила 5,2 [5;15], во второй группе 5,4 [5,8;14,5] (р>0,005).

Проводились антропометрические измерения (масса тела, рост, окружность талии (ОТ)). На основании вышеуказанных данных выполнялся подсчет индекса массы тела (ИМТ) по Кетле.

Лабораторные исследования - биохимический анализ крови натощак в венозной крови на автоматическом анализаторе Konelab Prime 60i (Thermo Scientific, Финляндия): определение уровня глюкозы, и глюкозотолерантный тест (ГТТ), инсулина, СРБ, холестерина, триглицеридов (ТГ), липопротеинов высокой плотности (ЛПВП), липопротеинов низкой плотности (ЛПНП). Выполнялся подсчет индекса НОМА-IR на основании полученных данных.

Статистическая обработка («Excel MS Office-97 Professional» и «Statistica 6.1»).

Результаты и обсуждения.

При оценке степени тяжести климактерического синдрома были выявлены нейровегетативные и психоэмоциональные отклонения различной степени выраженности в обеих группах женщин, статистически значимых различий по индексу Куппермана пациентки обеих групп не имели.

Масса тела пациенток в первой группе составила 95,6 [83,9;111], во второй группе 95,6 [78,2;104], при этом ИМТ у женщин с хирургической менопаузой составил 31,3 [27,1;34,2], а у пациенток с естественной менопаузой 31,3 [25,2;33,7]. При этом, несмотря на отсутствие статистически значимой разницы в ИМТ, перераспределение жировой ткани у пациенток рассматриваемых нами групп было различным. При более детальном анализе было выявлено увеличение ОТ у пациенток с хирургической менопаузой; данный факт связан с преобладанием центрального (висцерального ожирения) у женщин этой группы. Можно предположить, что индуцированная менопауза и ожирение являются основными факторами, определяющими аномальные особенности обмена веществ у женщин в условиях эстрогенодефицита. Работы других авторов [10] и собственные наблюдения [11] позволяют нам свидетельствовать в пользу основополагающей роли повышения массы тела, особенно, по висцеральному типу ожирения, как показателя усугубляющего развитие ССЗ в период менопаузы.

Проведенный нами статистический анализ показателей липидного спектра представлен в таблице № 1. При детальном исследовании липидного спектра крови было выявлено повышение общего холестерина в обеих группах пациенток (р = 0,005), при этом ЛПВП отличались своим более низким уровнем в группе женщин с хирургической менопаузой (р=0,026). Было выявлено существенное отличие по фракциям ЛПНП, в сторону их  увеличения у женщин с хирургической менопаузой, и относительной нормой у женщин с естественной менопаузой (р=0,004). Но самым показательным отличием в двух группах была динамика ТГ – повышение в группе с хирургической менопаузой было очевидно, по сравнению с женщинами в естественной менопаузе (р=0,018).

Установленная взаимосвязь повышения атерогенных липидов в зависимости от характера наступления менопаузы подтверждает раннее полученные наши результаты, где более того было показано, что при эстрогенодефицитном состоянии по мере увеличения возраста женщины нарастает выраженность атерогенной дислипопротеинемий, но не меняется их фенотипическая характеристика [12].

Значимая корреляция наблюдается по показателям адипонектина в группах с хирургической и естественной менопаузой (р=0,003). При этом четкое снижение цифр наблюдалось именно у женщин с индуцированной менопаузой. Адипонектин является одним из немногих адипокинов, который обладает благотворным влиянием на чувствительность к инсулину и, как следствие способностью уменьшения риска ССЗ [13]. В связи с этим некоторые клинические исследования связывают дефицит адипонектина с повышением риска развития ССЗ [13]. Окончательная роль данного гормона жировой ткани малоизученна, однако доказано, что кардиозащитный эффект адипонектина связан с его способностью подавлять апоптоз, оксидативный внутриклеточный стресс и воспаление в кардиомиоцитах [13]. В качестве метаболического регулятора, адипонектин может благотворно воздействовать на глюкозу и липидный обмен [13]. Адипонектин, секретируется жировой тканью, и обладает инсулинсенсибилизирующим, противовоспалительным, антиатерогенным и антипролиферативным свойством [14]. Интересно, что ожирение, которое подавляет циркулирующие уровни адипонектина в крови, было идентифицировано как фактор риска развития ССЗ.

Нами установлены статистически значимые различия в параметрах показателей углеводного обмена, значениях белка острой фазы (табл.1). В частности, полученные результаты позволяют подтвердить, что риск развития сахарного диабета при естественной менопаузе меньше, чем у пациенток с хирургической менопаузой [15]. Анализируя показатели глюкозы крови и адипонектина, и наблюдая очевидное повышение первого показателя, и снижение второго показателя в зависимости от характера менопаузы, можно сделать вывод о четкой связи и взаимном влиянии этих компонентов обменно-эндокринной системы.

Заключение:

В условиях гипоэстрогении отмечается увеличение массы тела. Ожирение по центральному типу зависит от типа менопаузы, и в большей степени характерно для женщин с индуцированной менопаузой. В зависимости от характера наступления менопаузы отмечаются изменения параметров липидного, углеводного и жирового обменов: для хирургической менопаузы характерно увеличение ЛПНП, триглицеридов, глюкозы крови, СРБ и снижение адипонектина; при естественной менопаузе изменение липидного спектра было незначительным, показатели глюкозы крови находились в пределах нормы.

Литература

1. Балуда М.В., Попков С.А., Верткин М.А. Антитромбогенные свойства стенки сосудов у больных ишемической болезнью сердца и сахарным диабетом 2- го типа с климактерическим синдромом на фоне гормонотерапии. Акт. вопр. клин. железнодор. Мед. 1997; (2): 227-228.

2. Meade T.W., Brozovic M., Chakrabarti R.R. Haemostatic function and ischaemic heart disease: principal results of the Northwick Park Heart Study.  Lancet 1986; (2): 533-537.

3.  Нейфельд И.В., Жирняков А.И., Киричук В.Ф., Рогожина И.Е., Бобылева И.В. Акушерско-гинекологический анамнез с позиции факторов риска возникновения сердечно-сосудистых заболеваний. Вестник Тамбовского университета. Сер. Естественные и технические науки 2014; 19(3): 986-990.

4. Colditz GA., Willet WC., Stampfer MJ., Rosner B., Speizer FE., Hennekens CH. Menopause and the risk of coronary heart disease in women. N Engl J Med 1987; (316):1105–1110.

5. Киселев А.Р., Нейфельд И.В., Балашов С.В. Факторы сердечно-сосудистого риска у женщин в постменопаузе. Клиницист 2014;(1): 9-14.

6.  Courtney D. Perry., MS, RD. Lee Alekel., Ph., Laura M. Ritland., Shilpa N. Bhupathiraju., MS., Jeanne W. Stewart, MS., Laura N. Hanson, MS., Oksana A. Matvienko. PhD., Marian L. Kohut. PhD., Manju D. Reddy., Ph., Marta D. Van Loan., PhD., and Ulrike Genshel, Ph. Centrally located body fat is related to inflammatory markers in healthy women. Menopause 2009; 15(4): 600-617.

7. Matthews KA., Kuller LH., Sutton-Tyrrell K. Changes in cardiovascular risk factors during the peri- and post-menopausal years. In: Bellino F, editor. Biology of Menopause. Norwell, MA: Serono Symposia USA Inc 2000; 147–148.

8. von Schnurbein J., Moss A., Nagel SA., et al. Leptin substitution results in the induction of menstrual cycles in an adolescent with leptin deficiency and hypogonadotropic hypogonadism. Horm Res Paediatr. 2000; (1): 25-28.

9. Courtney D. Perry., D. Lee Alekel., Laura M. Ritland., Shilpa N. Bhurathiraju., Jtanne W. Stewart. Centrally located body fat is to inflammatory markers in healthy postmenopausal women. Menopause 2009; 15(4): 610-627.

10. Gower BA., Nagy TR., Goran MI, Toth MJ., Poehlman ET. Fat distribution and plasma lipid-lipoprotein concentrations in pre- and postmenopausal women. Int J Obes 1998; (22):605–11.

11. Нейфельд И.В., Бобылева И.В., Скупова И.Н. Факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний у постменопаузальных женщин в зависимости от индекса массы тела. Бюллетень медицинских Интернет-конференций 2012;2(12): 1001-3.

12. Нейфельд И.В., Рогожина И.Е., Киричук В.Ф., Бобылева И.В., Жирняков А.И. Особенности липидного спектра крови у женщин с климактерическим синдромом. Лечение и профилактика 2014; 2(10): 5-10.

13. Xiaoyan Hui1., Karen SL Lam., Paul M Vanhoutte., and Aimin Xu1. Adiponectin and cardiovascular health: an update. British Journal of Pharmacology 2012; (165): 574–590.

14. Maria Dalamaga., Kalliope n., Diakopoulos., and S. Mantzoros. The Role of Adiponectin in Cancer: A Review of Current Evidence. Endocr Rev. 2012 Aug; 33(4): 547-594.

15. Catherine Kim, M.D., M.P.H., Sharom L. Edelstein, Sc.M., Jill P. Crandall, M.D., Dana Dabelea, M.D., Ph.D., Abbas E. Kitabchii, Ph.D., M.D., Richard F. Hamman, M.D., Dr.Ph., Maria G. Montez, R.N., M.S.H.P., Leigh Perreaut., M.D., Mary A. Foulkers, Ph., and Elizabeth Barret-Connor, M.D. Menopause and risk of diabetes in the Diabetes Prevention Program. Menopause 2012 Nov; (19).

Таблицы

Таблица №1.

Сравнительная характеристика параметров липидного, углеводного, жирового обменов и гемостаза у женщин в зависимости от типа менопаузы

Параметр

Женщины с    хирургической менопаузой

Женщины с  естественной менопаузой

 р

Реферсный диапазон

Адипонектин, мкг/мл

11,4 [7,4; 16,7]

   17,4 [10,6; 19,1]

 0,003

 4,0-10,0

Общий холестерин, ммоль/л

6,7 [5,9; 7,4]

5,3 [4,5; 5,7]

0,005

3,0-6,0

ХС ЛПНП, ммоль/л

4,4 [3,5; 5,6]

2,6 [2,4; 3,1]

0,004

1,92—4,51

ХС ЛПВП, ммоль/л

1,2 [1,1; 1,4]

1,8 [1,5; 2,1]

0,026

0,86—2,28

Триглицериды, ммоль/л

1,9 [1,5; 2,4]

0,8 [0,6; 0,9]

0,018

0,68 — 2,71

Глюкоза натощак, ммоль/л

6,1 [5,6; 6,5]

4,5 [4,4; 4,8]

0,011

3,3-5,5

Глюкоза на 120-й минуте ОГТТ, ммоль/л

6,9 [5,5; 8,5]

5,7 [5,1;5,9]

 

5,6-6,0

Инсулин, Ед/л

15,5 [10,3; 20,8]

8 [7;18]

 

3,0-25,0

HOMA-IR

4,13 [2,6; 6,1]

3,5 [2,1;3,1]

 

2,5-3,0

СРБ, мг/л

4,31 [2,55; 9,67]

1,01 [0,68; 1,61]

     0,0001

 <0,5

0
Ваша оценка: Нет



Оптимальный хостинг для Drupal, Wordpress, Joomla, Битрикс и других CMS, быстрые и надежные сервера, круглосуточная техподдержка Яндекс.Метрика